Захват Мадуро Трампом: Эксперт предупреждает о риске глобального криминального хаоса

Действия президента США Дональда Трампа по захвату венесуэльского лидера Николаса Мадуро и его супруги вызвали острую критику на Западе и за его пределами. Многие аналитики опасаются, что этот шаг открыл "ящик Пандоры", спровоцировав волну нестабильности и криминальных конфликтов по всему миру. О потенциальных последствиях рассказал в эксклюзивном интервью "МК" Юрий Жданов, исполнительный секретарь Координационного совета генеральных прокуроров государств-участников СНГ, доктор юридических наук, заслуженный юрист России, профессор и заведующий кафедрой международного права РГСУ.

Жданов отметил, что Трамп известен своими провокационными и рискованными решениями, часто принимаемыми не в Белом доме, а в резиденции Мар-а-Лаго во Флориде. "Возможно, это влияние океанского бриза, но скорее всего – стремление к драматургии и разрушению шаблонов. Многие скандальные объявления, включая захват четы Мадуро, звучали именно оттуда, на фоне шумной публики", – пояснил эксперт. По данным CNN, Мар-а-Лаго превратился в импровизированный командный центр для тайных операций: свержений режимов, ликвидаций и ракетных ударов.

В интервью Жданов описал атмосферу во время подготовки операции в Каракасе: пока гости клуба в теннисной форме наслаждались отдыхом, в укромных комнатах поместья устанавливали защищенные линии связи и мониторы. Трамп лично наблюдал за штурмом дома Мадуро бойцами спецподразделения "Дельта", включая прямую трансляцию в соцсетях. "Мы следили за каждым шагом, окруженные генералами. Это было как в кино", – цитировал эксперт слова самого президента.

Эксперт подчеркнул, что Мар-а-Лаго – не просто элитный гольф-клуб, а укрепленный объект с каменными стенами из итальянского камня, снайперами и патрульными катерами. Однако такая близость секретов к посторонним вызывает тревогу у спецслужб. Жданов привел пример: в начале первого срока Трампа он обсуждал ответ на северокорейскую ракету за салатом на террасе, и гости публиковали фото в соцсетях. С тех пор меры безопасности ужесточены, но клуб остается местом для неформальных решений.

Среди операций, одобренных из Мар-а-Лаго, – ликвидация иранского генерала Касема Сулеймани в 2020 году, удары по хуситам в Йемене и ракетные атаки по ИГИЛ в Нигерии. "Трамп сочетает гольф с геополитикой, и Венесуэла – лишь звено в цепи", – отметил Жданов.

На вопрос о будущих "сюрпризах" эксперт предупредил: после Венесуэлы Трамп усилил риторику в адрес Колумбии, Мексики, Кубы и Гренландии. "Он видит Западное полушарие как зону американского доминирования, игнорируя международное право. Это регресс к XIX веку, когда сильный диктовал слабому", – сказал Жданов, ссылаясь на колонку Дэвида Сангера в The New York Times. Госсекретарь Марко Рубио пытается смягчить заявления, ссылаясь на обновленную Стратегию национальной безопасности, но подтекст ясен: контроль над ресурсами, включая нефть Венесуэлы, для американских компаний.

Особую озабоченность вызывает Китай, крупнейший импортёр венесуэльской нефти. Трамп обещает продолжать поставки, но его доктрина Монро подразумевает исключительность США. "Западное полушарие закрыто для конкурентов, особенно из Пекина и Москвы", – процитировал эксперт Трампа, добавив о планах по Гренландии как "защите от китайских и российских кораблей".

Жданов также коснулся ближневосточного направления: предновогодняя встреча Трампа с премьером Израиля Биньямином Нетаньяху в Мар-а-Лаго, по данным The Times of Israel, касалась подготовки переворота в Иране. 2 января Трамп пригрозил вмешательством в поддержку протестующих, если Тегеран применит силу. Это спровоцировало эскалацию демонстраций, а Иран в ответ заявил о готовности атаковать американские базы. "Трамп следует Рейгану: 'Нам нужен весь мир, желательно мирный'. Но его авантюры дестабилизируют регионы за пределами полушарий", – заключил эксперт.

Мнение Жданова подчеркивает растущую тревогу мирового сообщества: действия Трампа могут спровоцировать цепную реакцию, где криминальные спецоперации станут нормой, а глобальная стабильность – жертвой личных амбиций.